Грег Хелви /Gregg Helvey/ - победитель «студенческого Оскара» и номинант настоящего стремится объединить в своем творчестве мощную историю и страсть к социальной справедливости. Самым известным проектом Грега Хелви является17-минутный «Кави» /Kavi/. Этот фильм рассказывает нам об индийском мальчике, который хочет играть в крикет и ходить в школу, но вместо этого работает на фабрике по производству кирпичей. Крикет и школа недоступны Кави: ведь он является рабом. Этот фильм снимался два с половиной года, производство завершилось в 2009 г. А дальше началась история...


В 2009 году фильм получил золотую медаль за лучший сценарий от Student Academy Awards, USA, Гран-при USA Film Festival за лучший короткометражный фильм, Приз зрительских симпатий на Los Angeles Indian Film Festival, Хрустальное сердце и специальную награду Хрустальное сердце памяти Джимми Стюарта (разделил с Дэниэлом Хэрришем) на Heartland Film Festival, взял первый приз на Angelus Awards Student Film Festival, и, наконец, оказался, в 2010 г., одним из номинантов заветного «Оскара» в номинации «Лучший короткометражный фильм».

В декабре 2011 года Грег Хелви, по приглашению Генерального консульства США в Екатеринбурге, оказался в Екатеринбурге, где принял участие в работе известного кинофестиваля «Кинопроба». Грег лично презентовал «Кави» участникам и гостям кинофестиваля, дал открытый бесплатный мастер-класс для всех желающих и нашел немного времени, чтобы ответить на несколько вопросов.

Редакция благодарит Генеральное консульство США в Екатеринбурге и лично Ладу Тихонову за помощь в организации интервью. Пользуюсь случаем поблагодарить волонтера фестиваля Дмитрия – за прекрасный перевод.

Грэг, Вы сделали очень интересный социальный фильм. Меня заинтересовал выбор: почему Вы выбрали именно эту историю?

Я не знал, что рабство существует в наши дни. Я узнал об этом только в 2002 году, когда работал в National Geographic Travel. Один из редакторов журнала в то время организовывал благотворительный фонд поддержки детей, оказавшихся в сексуальном рабстве в Восточной Европе. Меня заинтересовал этот вопрос, и я захотел написать историю, посвященную этой проблеме. Потом я уехал в Англию, где в течение трех лет преподавал в одной из школ, а затем в рамках одного научного фильма для BBC-1, отправился в Индию. Я просто влюбился в эту страну, и, работая над «Кави», захотел одновременно рассказать людям о существующей проблеме, и пригласить их в Индию, - страну с совершенно другой культурой.

Как съемки в фильме изменили судьбу мальчика?

Хороший вопрос. Судьба мальчика, - кстати, его зовут Сагар Солюнке (Sagar Salunke) сильно изменилась. Когда снимался фильм «Кави», Сагар настолько понравился моему ассистенту, что тот  попросил мальчика принять участие в одном из телевизионных шоу. Таким образом, он получил стабильный заработок, при помощи которого смог содержать свою семью. На момент съемок в «Кави» Сагар был мальчиком из трущоб, у которого был небольшой опыт актерской игры. Если же говорить о дальнейшей судьбе этого актера – то в определенный момент внимание всех индийских медиа перед церемонией вручения «Оскара» было сфокусировано на фильме «Кави». Так, заголовки некоторых индийских газет гласили: «Единственная надежда Индии на «Оскар» - фильм «Кави».

Благодаря номинации «Кави» на «Оскар», Сагар получил возможность отправиться в США. После церемонии награждения «Оскар», после внимания со стороны медиа, индийское правительство сказало, что оно будет оплачивать обучение Сагара в течение всей его жизни. А недавно он оказался в крупном болливудском проекте, где исполнил небольшую роль.

Ваш фильм производит впечатление документальной драмы. Насколько для Вас важен баланс между реальностью истории и Вашим творческим замыслом?

Перед съемками «Кави» я предпринял множество исследований, - и натыкался на огромное количество историй социальной несправедливости, и, черт возьми, они меня страшно злили. Вот, например: если один из рабов на кирпичной фабрике пытается сбежать, то, после того как хозяин поймает его, он погружает ногу раба в смолу, а потом сжигает её на глазах других рабов. Более того, рабу, который пытался сбежать, будет выставлен счет на бинты, которые будут использоваться при его лечении.

На первоначальной стадии работы я включал подобные истории в сценарий, чтобы рассказать людям о той несправедливости, которая происходит в Индии, но на определенном этапе я понял, что это слишком, - зрители будут чувствовать себя некомфортно, хотя то, о чем я рассказал – это примеры из реальной жизни. Я очень много писал и переписывал, и в итоге у меня получилось 19 черновых вариантов сценария.

Но самое главное, что я понял: надо держаться истории. Пытаясь рассказать о какой-то несправедливости, нужно держать очень тонкую грань между тем, чтобы рассказывать историю и тем, чтобы навязывать ей зрителям. Для меня, как режиссера и автора, это очень сложно. Но это необходимо делать.

То есть, для вас важен баланс между развлечением и назиданием?

Безусловно, важно развлекать при помощи кино. Даже не развлекать, а захватывать и притягивать внимание аудитории так, чтобы её беспокоила тема фильма. Это и есть главная задача, которая стоит перед автором кино. Ты можешь привлекать внимание к какой-то существующей проблеме; но при этом важно, чтобы история и то, как она подается, «работала» на тебя. Важно, чтобы и режиссеры, и сценаристы не вставали в позицию лекторов и не пытались спустить по «пищеводу» аудитории готовые решения. Необходимо вступать в диалог с аудиторией, предлагать историю, в которой нужно самостоятельно заполнять смысловые пробелы, предлагать зрителю принимать свои собственные решения. Необходимо ставить зрителя перед  лицом открытого финала, благодаря которому зритель сделает еще несколько шагов, чтобы понять фильм, подумать о природе проблемы, о том, чему посвящен фильм, и вступить в мысленный диалог с тем, кто сделал фильм. Это крайне важно. На самом деле, многие режиссеры недооценивают аудиторию. Поэтому важно сохранять баланс тогда, когда вставляешь «message» в уже существующую историю.

С какими проблемами вы столкнулись при съемках «Кави»?

Это хорошая, но длинная история. Если ответить вкратце - главными  трудностями, с которыми мы столкнулись, стали: языковой барьер, сложности с источниками финансирования, сезон дождей, съемка в условиях другой культуры и в другой стране, основной актер – мальчик, который говорил только на хинди. Но это был отличный опыт, который позволил мне заняться выстраиванием своего характера. Ну, и не могу не сказать, что мой 17-минутный фильм делался в течение 2,5 лет.

О ком из кинематографистов Вы сказали бы, что они являются Вашими учителями, что они сформировали Вас и Вашу манеру?

Если говорить о моем стиле – то он все еще формируется, я продолжаю искать способы выражения, и я все еще учусь. Я подозреваю, что учиться я буду на протяжении всей своей жизни, и навсегда останусь студентом.

Если же говорить о кинематографистах, которые повлияли на мои вкусы и продолжают влиять на меня сейчас, получится довольно большой список. Я могу сказать, что среди них – Кшиштоф Кеслёвский /автор циклов «Три цвета» и «Декалог» - прим. Редакции/. Я считаю, что на меня сильно повлияла и школа неореализма, Лукас Муддисон из Швеции, который снял фильм «Лиля навсегда» /«Lilya 4-ever»/, посвященный русской девочке, которую похитили и отправили в сексуальное рабство в Швецию. Список может продолжаться бесконечно, но отдельно я бы выделил Альфреда Хичкока, - потому что ценю его работы за ощущение напряжения. Я пытался передать схожее напряжение в фильме «Кави».

Существует ли жанр, который можно было бы назвать фаворитом сегодняшнего независимого кино и фаворитом сегодняшнего коммерческого кинематографа?

Мне сложно говорить за других режиссеров, поэтому я могу говорить только о том, что интересует лично меня. Не могу сказать, что я как рассказчик пытаюсь предугадать ожидания аудитории. Я просто делаю историю, в которой максимально заинтересован я сам. Если я буду прикидывать, что понравится аудитории, а что – нет, конечный результат не будет таким хорошим.  Не будет страсти, с которой я делаю этот продукт, а её я считаю важным элементом сильной истории.

И, возвращаясь к первому вопросу, добавлю. Нельзя точно сказать, какие истории интересуют студийную систему работы, но можно точно сказать, что студии боятся идти на риски. Чисто экономически им невыгодно  браться за те истории, которые, возможно, создают что-то новое в рамках формата, но в тоже время не дают уверенности в окупаемости.

Какие темы интересуют Голливуд сегодня? Я имею в виду и мейджоров, и независимый кинематограф.

Голливуд интересует широкий спектр тем. Я думаю, что все участники процесса заинтересованы в любой теме, — в истории, которая сумеет заполнить кинотеатры людьми. У нас есть пример «Повелителя бурь», который не был студийным проектом, но привлек огромную аудиторию. В тоже время есть «Гарри Поттер», который никогда не получит «Оскар», но в тоже время финансово вполне успешен.

На мой взгляд, американские режиссеры и сценаристы имеют те же амбиции, что и все остальные кинематографисты. Все хотят создать сильную историю, которая будет говорить напрямую с аудиторией.

Довольно долго кино находилось вне конкуренции. Что нужно сделать, чтобы сегодня кино могло выиграть у других медиа, особенно у Интернет-пространства?

Одним из важнейших козырей кино является использование технологий. Глядя на историю конкуренции кино и телевидения, мы увидим, что кино всегда было на шаг впереди. Когда телевидение начиналось с картинок и странных телескопических коробок, которые стояли на ярмарках и карнавалах, в кино появился звук. Как только звук появился в телевидении, в кино появился цвет. Когда цвет перешел в телевидение, в кино появился хороший синемаскоп. Все это закончилось современным телевидением и кино, перешедшим на 3D. Но, когда появились каналы, функционирующие в режиме  3D, индустрия кино замялась с ответом. Но я думаю, что эта технологическая гонка и этот вызов, в который вовлечены основные конкуренты, - очень хороший процесс, который дает возможность создавать инновационные идеи, способные продвигать нас вперед.

Если говорить об Интернете, то, на мой взгляд, прямой конкуренции кинематографу нет. Интернет предлагает очень много видов медиа единовременно, и это хорошо. С другой стороны, Интернет – один из факторов постоянного технологического развития. Непосредственно для кинематографа имеют значение, по большому счету, лишь возможность и желание рассказать хорошую историю. Именно стремление и возможность воплотить историю охватывает всю историю кинематографа, независимо от уровня технического развития.

Сейчас вы – член «оскаровского» комитета, и многие люди хотят с Вами познакомиться. Что Вы отвечаете на вопрос: «Грэг, можешь ли ты прочитать мой сценарий?»?

Во-первых, это не так часто со мной случается. Я был бы рад, если бы люди активнее меня звали поужинать с ними или предлагали стать друзьями. Если говорить о том, что я являюсь членом «окаровского» комитета, - то я до сих пор считаю себя счастливчиком. Я не принимаю свое членство как должное, это огромная привилегия, огромная честь и, как следствие, огромная ответственность. Но в целом, участие в «оскаровском» комитете – совершенно фантастическая возможность.

Я рад и всегда открыт для контактов потому, что продолжаю искать еще одну великую идею, еще одну великую историю и, следовательно, еще одного великого человека, с которым мне хотелось бы поработать.  Нельзя сделать хороший фильм в одиночку. Для этого тебе нужна целая команда.